Неточные совпадения
Но ни тому, ни другому не спалось. Какое-то почти враждебное чувство охватывало сердца обоих
молодых людей. Минут пять спустя они
открыли глаза и переглянулись молча.
Отсутствие Григория Григорьевича заметно было во всем. Хозяйка сделалась словоохотнее и
открывала сама, без просьбы, множество секретов насчет делания пастилы и сушения груш. Даже барышни стали говорить; но белокурая, которая казалась
моложе шестью годами своей сестры и которой по виду было около двадцати пяти лет, была молчаливее.
А между тем слова старика
открывали перед
молодым существом иной мир, иначе симпатичный, нежели тот, в котором сама религия делалась чем-то кухонным, сводилась на соблюдение постов да на хождение ночью в церковь, где изуверство, развитое страхом, шло рядом с обманом, где все было ограничено, поддельно, условно и жало душу своей узкостью.
Везде бывали примеры, что трусы, боясь тюрьмы и ссылки, губят друзей,
открывают тайны, — так слабодушный товарищ погубил Конарского. Но ни у нас, ни в Австрии нет этого легиона
молодых людей, образованных, говорящих нашим языком, произносящих вдохновенные речи в клубах, пишущих революционные статейки и служащих шпионами…
Другие признаки, совершенно незаметные для нас,
открыли ему: этот человек был удэгеец, что он занимался соболеванием, имел в руках палку, топор, сетку для ловли соболей и, судя по походке, был
молодой человек. Из того, что он шел напрямик по лесу, игнорируя заросли и придерживаясь открытых мест, Дерсу заключил, что удэгеец возвращался с охоты и, вероятно, направляется к своему биваку. Посоветовавшись, мы решили идти по его следам, тем более что они шли в желательном для нас направлении.
— Если Софья Игнатьевна не захочет дать мне совет, я погиб… У Софьи Игнатьевны столько вкуса… Боже, сколько вкуса! И глаз… о, какой острый,
молодой глаз у Софьи Игнатьевны! Мне нужно думать целую неделю, а Софье Игнатьевне стоит только
открыть ротик…
Разнузданная и беспризорная ученическая среда нещадно точила и развращала
молодое сердце, а личная восприимчивость
открывала порче беспрепятственный доступ.
— Мы
откроем себе фирму «Горизонт и сын». Не правда ли, Сарочка, «и сын»? И вы, надеюсь, господа, удостоите меня своими почтенными заказами? Как увидите вывеску «Горизонт и сын», то прямо и вспомните, что вы однажды ехали в вагоне вместе с
молодым человеком, который адски оглупел от любви и от счастья.
Мы поднялись на четвертый этаж по темной и крутой лестнице, освещая дорогу спичками. Спутник мой быстро позвонил. Нам
открыл дверь
молодой смуглый мужчина с черною бородкою, в одной жилетке.
Об этом спрашивает
молодая женщина, «пробужденная им к сознательной жизни». Он все
откроет ей, когда придет время… Наконец однажды, прощаясь с нею перед отъездом в столицу, где его уже ждет какое-то важное общественное дело, — он наклоняется к ней и шопотом произносит одно слово… Она бледнеет. Она не в силах вынести гнетущей тайны. Она заболевает и в бреду часто называет его имя, имя героя и будущего мученика.
— Ну вот, уж непременно и смешной, — заступилась его прекрасная дама. — Это ведь всегда так трогательно видеть, когда старики
открывают бал. Гораздо смешнее видеть
молодых людей, плохо танцующих.
В тот же день влюбленный
молодой человек
открыл, что таинственная буква Ц. познается не только зрением и слухом, но и осязанием. Достоверность этого открытия он проверил впоследствии раз сто, а может быть, и больше, но об этом он не расскажет даже самому лучшему, самому вернейшему другу.
— С господами. Там двери от
молодого барина в кабинет
открыли.
Не надо было допускать их сближаться до короткости, а расстроивать искусно, как будто ненарочно, их свидания с глазу на глаз, быть всюду вместе, ездить с ними даже верхом, и между тем тихомолком вызывать в глазах ее соперника на бой и тут-то снарядить и двинуть вперед все силы своего ума, устроить главную батарею из остроумия, хитрости да и того…
открывать и поражать слабые стороны соперника так, как будто нечаянно, без умысла, с добродушием, даже нехотя, с сожалением, и мало-помалу снять с него эту драпировку, в которой
молодой человек рисуется перед красавицей.
Виктор большими шагами стал ходить по своему роскошному кабинету, затем подошел к письменному столу, отпер один из ящиков и, достав довольно объемистый футляр синего бархата,
открыл его. В нем был прекрасно сделанный портрет Пальм-Швейцарской, в том самом костюме, в котором он увидал ее в первый раз на сцене в пьесе «На хуторе». Александра Яковлевна, в редкие минуты баловства ею
молодого князя Гарина, снялась исключительно для него и подарила ему этот портрет.
Последняя
открыла в нем задатки актерското таланта, и
молодой человек, увлекшись сценой, бросил университет, не окончив курса.
Первое, что ему пришло в голову, когда он
открыл любовь Круциферского, — заставить его жениться; он думал, что письмо было шалостью, что
молодой человек не так-то легко наденет на себя ярмо брачной жизни; из ответов Круциферского Негров ясно видел, что тот жениться не прочь, и потому он тотчас переменил сторону атаки и завел речь о состоянии, боясь, что Круциферский, решась на брак, спросит его о приданом.
— Напротив, профессора поддерживают это, что, по-моему, до некоторой степени основательно; во-первых, это
открывает клапан молодечеству, столь свойственному юношам, развивает в них потом храбрость, а главнее всего, этот обычай — по крайней мере так это было в мое время — до того сильно коренится в нравах всего немецкого общества, что иногда
молодые девицы отказывают в руке тем студентам, у которых нет на лице шрама.
Государь вызвал его к себе и сам расспросил его, но узнал от него относительно заговора только то, что
молодой человек скорее угадал, чем
открыл, живя несколько недель у богатого помещика в Киевской губернии, по соседству главного штаба 2-й армии. Там Шервуд застал сборище заговорщиков, узнал имена многих и добился доверия одного из них, именно, Вадковского.
— Не знаю, это так ли-с! — начал говорить Вихров (ему очень уж противна показалась эта битая и избитая фраза
молодого правителя канцелярии, которую он, однако, произнес таким вещим голосом, как бы сам только вчера
открыл это), — и вряд ли те воеводы и наместники были так дурны.
Когда весною,
В сиянье первой красоты,
Откроет с силой
молодоюМогучий дуб свои листы, —
Тогда ничто его свободы
И свежих сил не сокрушит —
Под грозным вихрем непогоды
Неколебимо он стоит.
Открывши школу бильярдной игры, он надеялся, что
молодое поколение поддержит его.
Однако ж старики в первое время все-таки тянулись за так называемой избранной публикой, то есть обедали не в час и не за табльдотом, а в шесть и a la carte, [по карточке, порционно] одевались в коротенькие клетчатые визитки, которые совершенно
открывали их убогие оконечности, подсаживались к
молодым бонапартистам и жаловались, что доктор не позволяет пить шампанское, выслушивали гривуазные анекдоты и сами пытались рассказать что-то неуклюжее, засматривались на бонапартисток и при этом слюнявили переда своих рубашек и проч.
Он скрыл их от
молодой девушки не потому, что ему неловко было
открыть их, а потому, что он не считал их доступными ее женскому пониманию.
«Это не отец», — мысленно решил
молодой Алфимов и
открыл глаза.
Эти и подобные речи своеобразного поклонника увлекали
молодую женщину,
открывая ей совершенно новый мир, она пресытилась уже лекарством, прописанным ей ее матерью, ей хотелось новых, неизвестных ощущений.
— Да, она удивительная девушка, — говорил он, стыдливо краснея, но тем с большей смелостью глядя мне в глаза, — она уж не
молодая девушка, даже скорей старая, и совсем нехороша собой, но ведь что за глупость, бессмыслица — любить красоту! — я этого не могу понять, так это глупо (он говорил это, как будто только что
открыл самую новую, необыкновенную истину), а такой души, сердца и правил… я уверен, не найдешь подобной девушки в нынешнем свете (не знаю, от кого перенял Дмитрий привычку говорить, что все хорошее редко в нынешнем свете, но он любил повторять это выражение, и оно как-то шло к нему).
Стихи и самая непринужденная французская болтовня настолько сблизили
молодых людей, что белокурая Раечка первая
открыла чувства, какие питала к Прозорову, и не остановилась перед их реальным осуществлением даже тогда, когда узнала, что Прозоров не свободный человек.
А
молодое земство не
открывало лечебницы ни в городе, ни возле, ссылаясь на то, что город уже имеет свою больницу.
— А теперь вот впереди предстоят еще лучшие месяцы и годы! — весело заключил
молодой мичман, широко улыбаясь своей доброй улыбкой и
открывая ряд ослепительно белых зубов.
— Но разве это может быть, чтобы в тебя заложено было с такой силой отвращение к страданиям людей, к истязаниям, к убийству их, чтобы в тебя вложена была такая потребность любви к людям и еще более сильная потребность любви от них, чтобы ты ясно видел, что только при признании равенства всех людей, при служении их друг другу возможно осуществление наибольшего блага, доступного людям, чтобы то же самое говорили тебе твое сердце, твой разум, исповедуемая тобой вера, чтобы это самое говорила наука и чтобы, несмотря на это, ты бы был по каким-то очень туманным, сложным рассуждениям принужден делать всё прямо противоположное этому; чтобы ты, будучи землевладельцем или капиталистом, должен был на угнетении народа строить всю свою жизнь, или чтобы, будучи императором или президентом, был принужден командовать войсками, т. е. быть начальником и руководителем убийц, или чтобы, будучи правительственным чиновником, был принужден насильно отнимать у бедных людей их кровные деньги для того, чтобы пользоваться ими и раздавать их богатым, или, будучи судьей, присяжным, был бы принужден приговаривать заблудших людей к истязаниям и к смерти за то, что им не
открыли истины, или — главное, на чем зиждется всё зло мира, — чтобы ты, всякий
молодой мужчина, должен был идти в военные и, отрекаясь от своей воли и от всех человеческих чувств, обещаться по воле чуждых тебе людей убивать всех тех, кого они тебе прикажут?
Несмотря на то что княгиня Васса Семеновна только, как мы знаем, туманным намеком
открыла дочери свои надежды на князя Лугового, вся дворня каким-то образом основывала на нем такие же надежды и искренно желала счастья найти в нем суженого
молодой княгине.
И вдруг известие о приезде
молодого князя Лугового
открыло для материнской мечты новые горизонты. Что, если повторится с ее дочерью судьба ее, Вассы Семеновны? Быть может, и Людмиле суждено отыскать жениха по соседству. Быть может, этот жених именно теперь уже находится в дороге.
Да, сделать бы его своим наследником, дать ему почувствовать, как она выше его своим великодушием, так и сказать в завещании, что"считаю, мол, вае достойным поддержки, верю, что вы сумеете употребить даруемые мною средства на благо общественное; а я почитаю себя счастливой, что
открываю такому энергическому и талантливому
молодому человеку широкое поле деятельности…"
Он покраснел, выпустил уши лошади и, без помощи оброта
открыв ей рот, посмотрел в зубы: клыки были целы, чашки полные, чтò всё уже успел выучить
молодой хозяин: стало-быть, лошадь
молодая.
— Одни только Чичаговы понимали нравственные причины печального положения
молодых Багровых, и хотя Софья Николавна и еще менее Алексей Степаныч — ничего им не
открывали, но они приняли в них живое участие и своим дружеским вниманием, а всего более частыми посещениями, присутствием своим, умными и дельными разговорами много успокаивали пылкую голову Софьи Николавны и много сделали добра на то время и ей и ее мужу.
Заиграла музыка. Граф
открыл бал полонезом с дочерью хозяйки, затем с другой
молодою. По какому-то странному ослеплению учитель не замечал дурного впечатления, произведенного им на своего посаженого отца, танцевал, веселился, перебегая с одного конца комнаты на другой и вполне высказывая беззаботность своего характера.
Молодые открыли булочную на Тверской улице и зажили припеваючи, оба благословляя княжну, а Поля внутренне, искренне молилась за упокой рабы Капитолины, ни единым словом, впрочем, даже своему мужу не обмолвившись об истинной виновнице их счастья.
Молодая дама, широко
открыв глаза, пожала плечами.
Едва он сказал, по двери ударили кулаком, — я, бывший к ней ближе других,
открыл и увидел
молодого человека небольшого роста, в щегольском летнем костюме.
— Что ты еде… — вскочил он с дивана, на котором лежал, и широко
открыв глаза, глядел на свою жену с каким-то паническим ужасом, смешанным с отвращением, но не договорил фразы, остановленный грозным окриком
молодой женщины...
— Так надо было.
Открою тебе более: ты родился почти в один час с сыном Кропотова; ловкая бабка подменила его тобою; он отвезен в Выговский скит, там воспитан, и, если хочешь знать, это тот самый
молодой чернец, Владимир, по прозванию Девственник.
Допросили
молодого служителя, который за будущие заслуги успел только сделаться мужем пригожей Лотхен: грозили увезть его подругу в Московию, если он не
откроет заговора.
Крестьяне участка не нахваливались им и дышали свободно под его управлением, и за ним осталось лестное прозвище «дотошный», как, если помнит читатель, охарактеризовал его один из слуг Толстых, выражая надежду, что заседатель
откроет убийцу
молодого человека.
Ночью он сам потихоньку выпроводил сына за город с проезжими офицерами, которые обещали записать
молодого человека в полк, и потом, возвратясь к жене,
открыл ей истину, горькую для ее материнского сердца.
Ольгу ждут в гостиной, Борис Петрович сердится; его гость поминутно наливает себе в кружку и затягивает плясовую песню… наконец она взошла: в малиновом сарафане, с богатой повязкой; ее темная коса упадала между плечьми до половины спины; круглота, белизна ее шеи были удивительны; а маленькая ножка, показываясь по временам, обещала тайные совершенства, которых ищут
молодые люди, глядя на женщину как на орудие своих удовольствий; впрочем маленькая ножка имеет еще другое значение, которое я бы
открыл вам, если б не боялся слишком удалиться от своего рассказа.
Надо ли говорить, что у Меня уже есть племянник? У каждого американца в Европе есть племянник, и Мой не хуже других. Его также зовут Вандергудом, он служит в каком-то посольстве, очень приличен, и его плешивое темя так напомажено, что мой поцелуй мог бы стать целым завтраком, если бы я любил пахучее сало. Но надо кое-чем и жертвовать, и особенно обонянием. Мне поцелуй не стоит ни цента, а
молодому человеку он
открыл широкий кредит на новые духи и мыло.
Допытываться же настоящих его религиозных мнений и стараться обратить его к истине было некогда, и потому
молодой человек спешил
открыть ему свое положение.
Как скоро Аристотель почувствовал облегчение от своей болезни,
молодой друг его спешил
открыть ему свое сердце, свои желания, надежды и опасения.
— Вот, — сказал он, объяснив
молодому человеку свои занятия, — вот наконец Иван Васильевич, по убеждению духовных лиц,
открыл глаза!..